Разбор несчастного случая в походе на Аутль
Страничка Александра Стекольникова

Меню сайта

 Главная
 Обо мне
 Тексты
 Публикации
 Фотоальбомы

Статистика

Главная > Тексты > Экспедиции > Методика


Разбор несчастного случая

(а именно вывиха плечевого сустава)
произошедшего в неудачном походе на Аутль 1999 г.

Отчет о походе - Аутль 1999

Первая причина происшедшего - неразумное планирование похода. На него было выделено слишком мало дней. В начале предполагалось, что мы пройдем через Аутль на Хуко и далее через Черкесский перевал в Отдаленный или Черниговское. Во время самого похода, когда стало ясно, что времени до контрольного срока не хватит, этот план корректировался. Было решено подняться на Аутль, потом вернуться назад, к Псезуапсе, и идти в Отдаленный через перевал Грачевский. Но даже и на этот сокращенный маршрут времени не хватало. Надо заметить, конечно, что задача у нас была не в том, чтобы просто пробежать маршрут, а в том, чтобы провести сборы материала. Отсюда дневка в окрестностях Марьино: у меня там был слишком большой улов. Кроме того, день мы потеряли в Адлере, в ожидании директора Кавказского заповедника (следующей предполагаемой цели нашей экспедиции). Однако возможность всяких таких задержек надо было учесть при назначении контрольного срока.

Из этой причины вытекает нервное настроение, которое возникло у меня к моменту нашего выхода на тропу, ведущую непосредственно к Аутлю. Получалось так, что мы вполне могли вообще не успеть подняться на Аутль. А ведь мне нужно было провести там хотя бы одну ночь (лучше - две), чтобы получить какой-то улов. Это был гвоздь программы: сбор материала в самом начале лета на высоте 1900 м, и при этом на вершине, одиноко торчащей среди леса. Там вполне могло попасться что-нибудь необычное и интересное. Нервное настроение выразилось в такой установке: "Немедленный штурм любой ценой!" Соответственно, когда возник выбор: долго и методично искать нечеткую тропу по редкой маркировке или просто ломиться вверх по склону, я выбрал второе.

Расчет был на то, что мы выйдем на гребень, ведущий от горы Стагоки в сторону Аутля, и там уже найдем тропу. Поскольку на гребне воды, как правило, нет, ее надо было взять с собой. Это увеличило наш груз, а увеличение груза стало еще одной причиной травмы. Кроме того, я был не один. На все эти альпинистские свершения мне надо было подвигнуть и второго участника похода, Володю Гнездилова, который вообще не очень любит, когда в экспедиции слишком много от "спорта", т.е. всяких длительных переходов с грузом и лазаний по горам (этим он отличается от меня, Алексея Солодовникова и, тем более, Андрея Молчанова - Андрей вообще скорее турист, чем зоолог). Чтобы Володя не взбунтовался, я постарался заблаговременно его разгрузить, в результате чего сам я оказался перегружен. В частности, у меня в рюкзаке была вся наша вода.

Итак, переночевав на склоне, с утра мы продолжаем лезть вверх без тропы. Естественно, оказываемся, в конце-концов, на очень крутых склонах, пытаемся их обойти и попадаем на еще более крутые места, после чего остается только сваливаться прямо вниз. Здесь можно отметить, что успешная прокладка маршрута по горам в отсутствие тропы вообще-то возможна, но это требует длительной разведки без груза. Мы же, чтобы не терять времени, шли наугад прямо с рюкзаками, а в такой ситуации поход превращается в лотерею: попадутся случайно по пути проходимые места - тогда все хорошо, попадутся крутые склоны или скалы - значит, в лучшем случае, удастся без потерь вернуться на исходные позиции. Быть может, читая это, какой-нибудь альпинист презрительно усмехнется: какие, мол, могут быть "непроходимые места" в каких-то лесных пупырях высотой в несколько сотен метров? Однако они там так-таки и есть. Есть гладкие скалы, есть непроходимые теснины в ущельях жалких безымянных речонок. Наконец, есть просто крутые лесные склоны, где деревья очень редки, а вся поверхность представляет собой что-то очень твердое, с выходами скал, присыпанных мелкими камешками, и редкой травкой. И вот, на таком склоне оказываемся мы, уже порядком уставшие, с чрезмерным грузом и большими шестами в руках (см. фотографию).

Особо отметим последнее обстоятельство. Есть люди, предпочитающие подобные "альпендрыны" ледорубам. Это такой вид особо утонченного пижонства: настоящие-де, природные горцы испокон веку ходили с такими палками, а ледоруб-де придумали испорченные цивилизацией горожане. Лично я вполне согласен с В.Молчановым, автором очень старой брошюрки о горных походах в окрестностях Краснодара, который советует брать с собой ледоруб везде и всюду. На самом деле, с ним чувствуешь себя гораздо увереннее на любых склонах. Это то, что касается снаряжения. Не знаю, сыграла ли какую-то роль конструкция подвесной системы рюкзака: могу только предполагать, что, если бы лямки были не такими узкими, а каркас рюкзака состоял не из свернутой в рулон пены, а из жестких металлических трубок, травмы могло бы и не быть. Значительным плюсом нашего снаряжения было наличие нормальных туристских ботинок. Если бы я был обут в кроссовки или кеды, то, пожалуй, свернул бы себе шею, а не руку...

Для спуска мы выбираем каменистый кулуар, где есть хоть какие-то естественные ступеньки. Здесь все и происходит: я падаю (точно уже не помню, как именно), шест, который я держу в правой руке, застревает в каких-то кустах, а непомерно тяжелый рюкзак наваливается сверху. В результате рука вывертывается назад и вверх, и происходит вывих плечевого сустава. Рука фиксируется в одном положении и попытка ее как-то сдвинуть причиняет порядочную боль. Задираю рукав футболки: спереди выпирает головка плечевой кости, а сзади плеча как бы нет - пустое место... Правда, это оказался привычный вывих: через 20 минут спокойного отдыха он вправился сам собой (после случайного легкого движения рукой). И тут имела место очередная ошибка. Я очень обрадовался, одел рюкзак, и мы продолжили спуск по заросшему рододендроном гребню, уже совсем не такому крутому, как только что пройденный склон. Между тем, после вывиха полагается накладывать фиксирующую повязку, чтобы обеспечить полную неподвижность поврежденного сустава (ибо в результате вывиха он, конечно же, повреждается). Я этого не знал и вместо покоя обеспечил этому суставу усиленную нагрузку. В итоге, вывих вскоре повторился, уже без всяких падений - просто из-за резкого движения рукой. И на этот раз он вправился сам, но теперь уже далеко не так скоро. Возможно, этому помешали мои попытки вправить его силой: ни к чему, кроме ненужных страданий, они не привели, а сустав вскочил на место, опять же, после отдыха и расслабления мышц.

В конце-концов, экспедиция была сорвана: вместо того, чтобы после Аутля ехать в Псебай, мне пришлось отправляться домой, в Питер. Вся полевая работа в этом году, вместо планировавшихся полутора месяцев, продолжалась всего неделю. В следующем году экспедиция была большой и удачной (см. отчеты: Архыз, Аутль, Горячий Ключ, Ачишхо и Амуко). Однако когда я, уже приехав в Петербург, выходил с рюкзаком из автобуса, уже рядом с домом, тут-то и произошел третий вывих (вправившийся через минуту). Хирург в районной поликлинике дал мне направление в ЛИТО (Институт травматологии и ортопедии), где мне объяснили, что привычный вывих лечится только оперативным путем. Там же мне и сделали операцию, в ноябре 2000 года, а 2001 год из-за этого пришлось провести в городе, без экспедиций.

Суммируем теперь кратко все причины происшествия:

  • Недостатки в планировании похода (неправильно определено время, необходимое на прохождение маршрута; не выделен достаточный резерв времени на непредвиденные задержки).
  • "Штурмовые" настроения, постановка задач, находящихся на пределе физических возможностей участников.
  • Движение наугад, без тропы и разведки маршрута.
  • Перегрузка.
  • Недостатки снаряжения (шесты вместо ледорубов).
  • Незнание правил оказания первой помощи при травмах.

Мои адреса

Александр Стекольников © 2002-2013